• Сегодня: Четверг, Октябрь 24, 2019
  • Буьгуьн: Саьрсемби, 23 Казан айы, 2019

Александр Проханов и Владимир Васильев: Величие Дагестана

Голос Степи
Май31/ 2019

Сайт «Изборский клуб» опубликовал очень интересную беседу Главы Дагестана Владимира Абдуалиевича Васильева и Александра Андреевича Проханова, русского советского писателя, публициста, политического и общественного деятеля, члена секретариата Союза писателей России.

— Владимир Абдуалиевич, вся Россия: и я, и мои единомышленники, и мои противники, — с огромным интересом и вниманием следим за вашей деятельностью здесь, в Дагестане. Мы хорошо понимаем напряженность вашей работы. Мне кажется, нам видна и ваша стратегия. Хотелось бы узнать, что уже удалось сделать, как вы сами оцениваете свое присутствие здесь, результаты вашей работы? В какой степени эти результаты оцениваются обществом?

— Я, Александр Андреевич, тоже внимательно слежу за вашим творчеством, и охотно расскажу Вам о нашей совместной с коллегами работе здесь: какие цели стоят, к чему стремимся.

Вы знаете, что я в своё время избирался в Государственную думу по одномандатному округу в Тверской области, получил в Думе должность. У меня выстроились отношения с товарищами, была налажена работа. И вдруг меня приглашает Президент России Владимир Владимирович Путин и говорит: хотим направить Вас в Дагестан. И этим одновременно мне была оказана высокая честь, огромное доверие. Но это и сложнейший экзамен, который я прохожу каждый день. Поэтому говорить, что удалось, я бы пока не стал. Но я стараюсь следовать советам и выполнять поручения нашего Президента. И те методы работы, которые он применяет, я тоже пытаюсь использовать. Президент находится в постоянном контакте с обществом, регулярно обращается с посланиями, в которых формулирует цели, задачи. В этом году впервые с посланием попробовал обратиться к дагестанскому обществу и я. Моё обращение в течение двух часов слушала большая аудитория — около девятисот человек. Я видел реакцию людей и считаю, что цель, которую я ставил, была достигнута: меня услышало большинство присутствующих.

И до меня руководство Дагестана решало очень сложные задачи. Дагестан многое пережил, скоро отметим дату памяти, дату скорби — 20 лет назад боевики вторглись на территорию Дагестана в Ботлихском районе. Но не зря пострадали люди, не напрасно были потеряны жизни. Дорогой ценой, но был обеспечен мир. Я прибыл сюда, когда мир в Дагестане уже был. Это очень важно. Мои предшественники делали, что могли, и сделали, на мой взгляд, многое.

И сегодня мы решаем уже задачи мирной жизни, их немало. К примеру, не раз звучал вопрос о сдаче ЕГЭ в Дагестане, когда выпускники получали высокие баллы, но они не соответствовали фактическим знаниям. Мы взяли этот вопрос на контроль. И вот уже четвёртый раз за время моей работы здесь побывал глава Рособрнадзора Сергей Сергеевич Кравцов. Мы в присутствии его заместителей, в присутствии всех руководителей наших регионов рассматривали эту важную тему — ЕГЭ. Известно, что образование определяет будущее человека, да и народа тоже. Не случайно одна из важных задач, которую ставит Президент России, — войти в десятку лучших стран мира по качеству школьного образования. Хочу подчеркнуть, что не с меня работа по контролю за качеством образования в республике началась: она велась с 2013 года. Ряд вопросов уже был решён, и мне есть, на что опираться.

Подчеркиваю: сейчас за экзаменами установлен контроль. Мы из года в год улучшаем показатели в области образования. Гордимся нашими ребятами, которые стали побеждать на олимпиадах и в информатике, и в точных науках, чего раньше не было. Кстати, по оценке министра образования, у нас в республике работают лучшие русисты. Школьница из Буйнакска победила на Всероссийском конкурсе чтецов «Живая классика», прошедшем на Красной площади в Москве. Представительница Дагестана недавно стала победительницей конкурса кондитеров мира. Общеизвестны достижения спортсменов Дагестана. Так что у нас есть кем гордиться!

Но проблемой, которая не решалась годами, была теневая экономика, коррупция. И причиной, почему вопрос не решался, была сложившаяся система баланса, что требовало от моих предшественников определённого компромисса. И, как я понимаю, люди, которые должны были контролировать исполнение законов, исходили из принципа, который озвучил мне один из коллег: «Вы правы: закон есть закон. А жизнь есть жизнь».

И когда меня Президент сюда направил, он поставил передо мной задачу, решение которой не совместимо с масштабами коррупции. Такая задача поставлена перед всей страной, а передо мной она стоит как перед главой региона — выйти на развитый уровень экономики.

Я долгие годы работал в системе органов внутренних дел, в службе по работе с экономической преступностью и разбирался в этих вопросах. Мне довелось еще при Евгении Максимовиче Примакове системно наводить порядок в сфере производства и оборота алкоголя. Это хороший опыт. Да и последующая работа в аппарате Совета безопасности, в Думе на политической работе очень полезны были. Всё это мне помогает.

Было очевидно, что бюджетные деньги, которые поступают к нам в республику, часто неэффективно расходовались. На тот момент силовики уже располагали достаточными материалами о крупных системных хищениях в сфере экономики с использованием должностного положения высокостоящих лиц. В итоге уже более чем сорок должностных лиц привлечены к уголовной ответственности. К сожалению, целый ряд из них — по статье 210 («Организация преступного сообщества»). Хочу подчеркнуть, что, будучи руководителем Главного управления по организованной преступности, я был одним из инициаторов введения в законодательство этой нормы: её ввели, чтобы бороться с преступными сообществами. Так что я понимаю, как это всё может работать.

И вот, за относительно небольшой период времени получен главный для меня результат: по итогам прошлого года мы сэкономили десять миллиардов рублей! Каким образом? Одна часть средств могла быть использована неэффективно, а другую часть изъяли из теневого оборота в виде налогов.

С самого начала работы здесь у меня возникли определенные противоречия с высшей элитой, рядом чиновников категории «А». Кто-то из них понёс ответственность, потому что у него был конфликт с законом, а с кем-то мы просто расстались. Например, мы не нашли общего языка с руководителем налоговой службы. Человек заслуженный, давно работал, орденом Мужества награждён. Но говорил, что налоги в полной мере собирать невозможно. Пришлось поспорить, посоветоваться с профессионалами. Не сразу, но мы разобрались, как всё-таки сбор налогов эффективно организовать. Меня поддержал и руководитель Федеральной налоговой службы Михаил Мишустин. И сегодня могу сказать: мы в прошлом году дополнительно собрали пять миллиардов рублей налогов.

Сегодня у нас в налоговой службе работают профессионалы высокого уровня. Посчитали: в Дагестане фиксируется торговых операций больше, чем на Ставрополье, например, а налогов там собирают в семь раз больше, чем мы. Значит, не так собираем. Начали поправлять, и пошли деньги в бюджет.

Из доклада руководителя налоговой службы следует, что и перспектива в этом вопросе хорошая. Это значит, что из теневого оборота выходят деньги, и они идут на решение важных социальных задач.

За время моей работы здесь побывали представители двадцати восьми министерств и ведомств, и каждый приезжал со своей программой. И эти программы реализуются!

Это одно.

Второе — мы сумели привлечь специалистов на место тех, что были уволены. Стали приглашать на работу людей, которые в своё время уехали из Дагестана: не смогли в тех условиях себя реализовать, ушли в другие регионы, в центральный аппарат и там себя проявили. Мы вернули к нам этих людей — уже состоявшихся специалистов. К примеру, Гаджимурадов Ширухан Умаханович, став министром транспорта, сразу пересмотрел торги по одному из мостов. И после пересмотра — вдумайтесь: торги выиграла прежняя компания, но цена работ оказалась на пятьсот миллионов меньше. Пятьсот миллионов на одном мосту сэкономили! Эти деньги ушли бы в коррупцию, а теперь они пошли на строительство дороги, на другие вопросы.

Но ничего бы у меня не получилось, опять-таки, без поддержки Президента, администрации Президента, Правительства, всех фракций Государственной Думы. Я все время ощущаю человеческую поддержку, в том числе людей на улице.

Конечно, мы не всегда встречали понимание и поддержку на этом пути. Вынуждены были очень серьёзно очистить высший уровень власти, в первую очередь, на республиканском уровне. Глав районов мы не трогали, понимая, что нельзя всё сразу приводить в движение. Но судить об их работе будем по объективным показателям: сбор налогов, ряд других узловых вопросов. Мы с главами районов регулярно встречаемся, обсуждаем вопросы. Поставленные задачи, надо подчеркнуть, они выполняют.

Отмечу, что наши действия не выходят за рамки ожидания основной части жителей Дагестана, рядовых людей, за рамки того, о чём, будучи здесь, говорил Президент. Он мне буквально показал сложившуюся ситуацию: вот есть бюджет, есть простые люди, и между людьми и средствами, которые предназначены им, стоит коррупция и нецелевое использование, теневая экономика. Моя задача — довести деньги из бюджета до каждого дагестанца, каждый должен почувствовать, реально — не на словах, а на деле! — изменения к лучшему. К сожалению, мы еще далеки от этой цели. Не каждый житель республики почувствовал улучшения. Но подвижки есть. И это потребовало новых кадров.

Новые кадры — важный вопрос. Когда я заручился доверием Народного Собрания, то понимал, что доверие получил не столько я, сколько Президент, который меня представил. А мне предстояло заработать это доверие. Поэтому времени на раскачку не было, нужно было выдавать результаты оперативно. И я очень признателен администрации Президента, особенно, Кириенко Сергею Владиленовичу: он не просто помог организовать процесс, а работал непосредственно у нас, подводя итоги беспрецедентной кадровой практики — конкурса «Мой Дагестан». Суть его в том, что мы в Интернете заявили о поиске соискателей из всех российских регионов на руководящие должности в Дагестане. Мы открыли должности, о необходимости чего раньше говорили люди. И, выступая в Народном Собрании, я попросил с пониманием отнестись к тому, что ухожу в подборе кадров от системы национальных квот, не буду ими руководствоваться, потому что это та ловушка, которая привела к существующему состоянию.

Дальше было невозможно терпеть систему тухумов, она мешала развиваться. Каждый тухум решал свои вопросы. А Махачкала, к примеру, оставалась в плачевном состоянии: система застройки утрачена, ветхих зданий много, ведётся точечная застройка. Домов построили много, а водоотведение и водоподведение не учли…

Или, например, мы столкнулись с конкретной проблемой в нашем крупном городе — Хасавюрте, где проживают сто сорок тысяч человек. Там дети от трех месяцев до года заболели тяжелыми недугами, связанными с качеством воды. Стали разбираться — оказалось, резервуары не чистили десятки лет! И чего там только не нашли! Неудивительно, что некачественная вода стала источником заболеваний.

Надо сказать, что, как и в целом в России, дагестанцы умеют мобилизоваться и решать сложные задачи. Спасибо большое хасавюртовцам, главе, руководителю Службы санитарного надзора Анне Юрьевне Поповой, которая лично приехала, чтобы разобраться и помочь, — вопрос был оперативно решен. Но какой ценой? Дети-то заболели. Мы сейчас делаем выводы из этого, наводим порядок.

И вот, благодаря тому, что мы начали забирать деньги из теневой экономики, мы смогли миллиард и семьсот с лишним миллионов рублей из тех, что уже собрали и сэкономили, выделить на улучшение водоснабжения, чему не уделялось внимание десятилетиями. И мы покажем, что деньги, которые вывели из тени и которые раньше шли на обогащение какой-то категории людей, сейчас работают на общественные интересы.

В области здравоохранения тоже было не всё гладко. Например, шприцы, другое медицинское оборудование здесь стоили в разы дороже, чем в среднем по стране. Наводим порядок, и возрастает эффективность, появляется больше возможностей. В итоге, по данным коллегии Минздрава, наши дагестанские врачи провели на тридцать процентов больше кардиоопераций по стентированию. Значит, люди получили высококвалифицированную помощь, и, к тому же, ровно настолько за эти высокотехнологичные операции выросла оплата наших специалистов, сестер, нянечек.

Или ещё один вопрос, который получил резонансное звучание. Вдруг оказалось, что почти десять процентов нашего населения — инвалиды. Стали разбираться: приехали специалисты, провели проверку. В итоге привлекли к ответственности организаторов коррупционной системы — выдачи липовых документов об инвалидности. И шесть тысяч человек попросту не пришли подтвердить свою инвалидность: они понимали, что объективная проверка покажет, что они — совсем не инвалиды. В итоге мы экономим девятьсот миллионов рублей в год. Кстати, эти люди у нас из очереди на квартиры ушли, тоже немалые деньги на этом сэкономим.

Александр Андреевич, процесс, который идёт в республике, — непростой. Выйти из одного положения в другое, и в периоде выхода от того, как не надо, к тому, как нужно, есть опасность. Потому что теневое перестаёт работать, а законное ещё не заработало. Сейчас это больше всего и беспокоит. Потому что, когда мы забираем доходы у какой-то части населения, они считают, что мы их «кровные» забираем. Они уже привыкли жить роскошно, тратить большие деньги. Нет, больше так не будет.

А тем, кому эти деньги предназначены, мы их ещё не перенесли, люди их ещё не почувствовали. И я признателен и министру экономического развития, и Президенту, — без их поддержки мы ничего бы не сделали. Мы сейчас над поручением Президента работаем и делаем то, чего раньше никто не делал. И люди смотрят с интересом, что из этого выйдет: то ли мы шею сломаем, то ли получим положительные результаты.

Вернусь к вопросу с инвалидностями: мы можем сейчас эти сэкономленные девятьсот миллионов рублей потратить на то, чтобы поддержать тех людей, которым нелегко жить. У нас в республике очень небольшие заработные платы. Есть теневая часть, но мы же сейчас зажимаем теневиков, поэтому должны дать людям почувствовать, что мы не зря это делаем, что людям в итоге становится лучше. Президент чётко ставит задачу: чтобы рядовой человек почувствовал улучшение.

Итак, что дальше? Ведь эти незаконные пенсии по инвалидности получали небогатые, прямо скажем, люди. Это было подспорье им. И возникло предложение: эти деньги, коль мы их спасли от разворовывания, вернуть из российского бюджета нам в республику, но под конкретную задачу. Мы посчитали, что за счёт их можем произвести дополнительные выплаты на каждого третьего ребенка в семье. У нас около восемнадцати тысяч семей, где трое и более детей. Сейчас мы можем произвести такие выплаты, а раньше в республике денег на это не хватало.

Или, к примеру, миллиардные долги у Дагестана за газ. И мнение сложилось негативное, что в Дагестане пропадает газ. Сейчас серьёзно начали заниматься этим вопросом: одиннадцать уголовных дел возбуждено, двести пятьдесят человек проходят по делам, в том числе руководящее звено. Сложилась система тотального воровства, коррупционная система. И в итоге, например, министр по экологии закрыл сорок четыре завода по производству кирпича открытым обжигом. Можете себе представить эффективность производства, когда кирпич стоит на чистом поле, под него подводится труба с газом, и он обжигается. Это некачественно, экологически вредно. Закрыли. Не все такие заводы, с позволения сказать, но начали этот процесс.

Теперь вопрос в том, чтобы это всё перевести в реальную экономику: и производство, и средства. И есть поручение Владимира Владимировича к «Газпрому», к энергетикам: то, что мы сможем изъять из теневого оборота, то, что ранее расхищалось, чтобы эти деньги пошли республике на компенсацию временных потерь.

Приведу наглядный пример. У нас в одном из районов построено девяносто гектаров теплиц. И оказалось, что в большинстве теплиц есть установленные промышленным образом резиновые вставки, около двух третей газа проходит через эту вставку, и только одна треть — через счётчик. Какой размах воровства!

И народ видит, что контролёры, которые должны проверять расход газа, ездят на дорогих автомобилях. Простые контролёры! А кто выше стоит? Это нельзя больше терпеть. И кто работал на такого рода предприятиях? Стали проверять: восемьдесят человек из Китая и сорок из Узбекистана. У нас рабочих мест нет в Дагестане, а тут — нелегальные работники.

А есть тепличные хозяйства, где высокотехнологичные процессы, культура производства — всё на уровне. Но работники задают справедливый вопрос: как нам конкурировать с теми, кто крадёт газ?

Совершенно очевидно, что у нас не будет развитой экономики, когда тот, кто ворует, выигрывает у того, кто работает честно: строит современные высокотехнологичные теплицы, создаёт необходимые нам рабочие места.

И, конечно, любое такое действие требует буквально самоотверженной работы наших силовиков. Ведь перед тем, как провести ту или иную тотальную проверку, одновременно идут десятки, и то и более, обысков, осмотров. Непростой процесс.

Ещё раз повторяю: ничего бы Васильев здесь не сделал, если бы Президент не ставил задачу и не поддерживал.

Полное интервью на сайте https://izborsk-club.ru/17000

Яндекс.Метрика